ЭКОНОМИКА В АНАРХИСТСКОМ ОБЩЕСТВЕПрежде всего, мы хотели бы от имени Иберийской федерации либертарной молодежи (ФИХЛ) поблагодарить анархистскую группу “El Buho” за организацию этой конференции «Экономика в либертарном обществе» и, прежде всего, всех вас, кто пришел послушать дискуссию. Думалось, что все будет, как всегда, но нет, это было всерьез, даже несмотря на то, что, учитывая название конференции, трудно было бы не найти что-нибудь получше, чтобы занять субботний вечер. И так думается многим, ведь, когда речь заходит об экономике, на ум приходят мельчайшие циферки, странные слова, а также тёти и дяди в галстуках, которые выражаются так, как будто специально стараются, чтобы их не поняли. Однако для анархистов экономика – это нечто иное: это наиболее простой и рациональный способ удовлетворить потребности общества с наименьшей затратой природных и человеческих ресурсов.
Поэтому меня попросту тошнит при одной мысли о сравнении с вышеназванными сюжетами (буржуазных экономистов). В мои намерения входит всего лишь набросать принципы Анархистского, или Либертарного Коммунизма и обсудить в ходе дискуссии конкретные аспекты практики этого идеала, что, конечно же, куда интереснее.
Основополагающий принцип либертарной экономической теории состоит в рассмотрении производства как общественного дейсивия. Иными словами, все принадлежит всем: природные ресурсы, потому что они ничьи (они предшествуют человеческому существу), и продукты, изделия принадлежат всем, поскольку являются результатом не действий одного лишь индивида, но сотрудничества всего общества. Человек эпохи палеолита мог считать, что данная добыча принадлежит только его племени, а живущий в средневековой деревне мог верить, что плоды окружающей ее земли принадлежат исключительно обитателям данной общины. Сегодня, в эпоху экономической глобализации, во все более взаимозависимом мире, мы не можем не воспринимать все существующее как достояние всего человечества и иных видов, с которыми мы делим нашу планету.
Напротив, авторитарные экономисты исходят из ложного принципа собственности. Именно поэтому им приходится изобретать для себя целую кучу вздора и усложненных аргументов. Их цель – оправдать присвоение богатств немногими. Наиболее трагическим результатом такого присвоения становится утрата общественной свободы, ведь те, кто называют себя хозяевами того или иного, оставляют за собой право решать, как им распорядиться ресурсами, в ущерб всем остальным. Эта способность исключительного решения вызывает, помимо других печальных последствий, тысячи смертей от недоедания, превращение миллионов людей в наемных рабов, многочисленные случаи гибели людей на производстве, общественное неравенство и насилие, необходимое для поддержания несправедливого общественного порядка, крайне вредоносного для человечества, других живых существ и планеты, на которой мы живем.
Подводя итог, нет ни единого аргумента, который рационально обосновывал бы существование собственности, и оно наносит нам серьезный ущерб. Поэтому решение состоит в экспроприации всего общественного богатства, замене частной собственности общим обладанием. Наличие армий и иных репрессивных сил и наблюдение за тем, как они действуют, когда система ставится под вопрос или люди добиваются элементарных улучшений своего положения, заставляет нас думать, что, несмотря на преимущества Анархистского Коммунизма, собственники не откажутся от своей роли мирным путем. Поэтому мы окажемся перед необходимостью прибегнуть к революционному насилию против тех лиц, которые будут упорствовать в защите режима собственности. Однако сущность революции – не в этом насилии; то, что действительно важно, – это овладение общественным богатством и, как следствие, принятие решений сообща.
В ходе этого процесса экспроприации следует прежде всего вернуть обществу то, что наиболее необходимо для жизни: пищу, одежду и жильё. Таким образом будут удовлетворены жизненные потребности, пока будет осуществляться реорганизация системы производства.
В условиях иррациональности капиталистической системы и как следствие присвоения богатства производство удалено от реальных потребностей. Вместо этого, следует ориентировать производство на потребности людей. Используя популярную поговорку, нужно трудиться, чтобы жить, а не жить, чтобы трудиться.
Иными словами, прежде всего, следует договориться о том, каковы потребности, и, исходя из этого, соответственно ориентировать производство. Все общественные единицы должны непременно согласовать, какие помянутые жизненные потребности должны удовлетворять составляющие их индивиды. Для того, чтобы революция не стала всего лишь актом всеобщего присвоения, общество, экспроиировав то, что уже произведено, должно найти механизмы, чтобы производить то, что необходимо ему для жизни; иначе дореволюционная экономическая система восстановится, и все усилия окажутся напрасными. Поскольку для жизни требуется пища, настоятельно необходимо обрабатывать землю, убирать урожай, изготовлять средства, необходимые для выращивания. Чтобы обеспечить людей одеждой, нужно добыть сырье и обработать его, и т.д. Чтобы иметь жилье, надо, чтобы его построили, чтобы люди произвели инструменты для этого и соответственно обработали сырье, чтобы его перевезли, и т.д. Короче, чтобы общество не погибло, необходимо, чтобы кто-то работал в таких отраслях, как сельское хозяйство, добыча и обработка металлов, деревообработка, строительство, транспорт, энергетика, текстильное производство, пищевая промышленность и т.д.
Учитывая, что эти продукты нужны всем и все должны их получить, все, кто способен к производственной деятельности, должны принимать участие в их производстве, согласно либертарно-коммунистическому принципу: «от каждого / каждой по его / её возможностям, каждому по его / её потребностям». Таким образом, все будут участвовать, по крайней мере, в одной из этих сфер производства, сочетая ручной и интеллектуальный труд (избегая, таким образом, специализации) и делая труд, по возможности, приятным. Участие всего населения в производстве необходимого для жизни позволит значительно сократить нужное для этого время. Контроль со стороны трудящихся над условиями своего труда приведет к их значительному улучшению. Ведь рабочий день удлиняется, а условия труда становятся антигуманными вследствие спекуляции и единоличного принятия решений, которые характерны для капиталистического присвоения.
Капиталистические экономисты и законодатели претендуют на право указывать производителям, что, как, когда и где те должны производить. Напротив, анархистская экономика основана на том факте, что люди, занимающиеся производством, лучше всего подходят для того, чтобы принимать решения относительно этого производства, и никому не следует указывать, как ему делать свою работу. Те, кто обладают знаниями о том, что следует делать, должны осуществлять их на практике, то есть, заняться производством и разделить их с другими, равными им людьми.
Что касается здравоохранения и образования, то многие включают их в перечень того, что непосредственно необходимо для жизни. Однако же, в том виде, как они осуществляются в настоящее время, образование и медицина приносят обществу больше вреда, чем пользы. Отравляющая медицина, которая пичкает пациентов лекарствами, превращающимися для них в наркотик, вместо того, чтобы лечить их, сама порождает бесчисленное множество болезней. Авторитарная педагогика, вместо того, чтобы развивать навыки учащихся, индоктринирует их, ограничивает их развитие и устанавливает глубокое разделение между преподавателем и учеником. Здравоохранение и образование необходимо перестроить. На пути подготовки следует отталкиваться от самопознания и самолечения, от либертарной педагогики, самообучения и интегрального (целостного) образования. Здравоохранение и образование должны выйти за пределы больницы и школы, где они сегодня заперты, оторванные от жизни. При такой перестройке необходимо отвергнуть профессионализацию в этих занятиях, поскольку эта профессионализация в заметной степени способствовала культу профессионала, подчинению ему и отгораживанию от людей, которые рассматриваются как «получатели услуг». Деятельность, связанная со сферами медицины и образования, должна быть добровольной, осуществляться после участия в производстве необходимого и управляться сообща, всей общиной, а не только людьми, обладающими наибольшими знаниями в этих предметах, избегая тем самым возникновения элит, как это ранее происходило в истории.
Что касается искусства, науки, культуры, досуга и иного труда в сфере воспроизводства, то здесь действуют те же соображения. При капиталистической системе эта деятельность находится на службе у собственности и тех, кому она принадлежит. Это наносит значительный вред и самой этой деятельности, препятствуя ее нормальному развитию и обесценивая ее, – и обществу, порождая элиту, которая занимается приятным и творческим трудом, в то время как широкие слои общества трудятся – в отвратительных условиях и только когда им это позволяют – в отраслях, нужных для выживания (или могущих быть таковыми, если избавиться от управляющих ими собственников). Совершенно обратное происходит с такими неприятными видами труда в сфере воспроизводства, как очистка, уборка и т.п., что способствует появление рабских слоев трудящихся, готовых предоставить свои услуги любому, кто за это заплатит. Все эти работы должны стать добровольными с тем, чтобы избежать таких эффектов, и потому что в обществе, возможно, не существует единодушного мнения относительно необходимости и полезности их результатов. Это подобно тому, как кто-то, не считающий необходимым, к примеру, футбол, не считает нужным участвовать в производстве того, что нужно для этого занятия. Нельзя ни навязывать ему участие в этом процессе, ни отказывать тем, кому нравится футбол, в помощи других после того, как будет произведено то, что необходимо для всех.
Анархистский коммунизм – это социальная система, основанная на управлении вещами, а не правлении над людьми. Управление вещами происходит путем принятия решений насчет их, а не посредством издания законов, как это имеет место при капиталистической системе. Поскольку не будет частной собственности, а будет только обладание всем всеми, соглашение должно приниматься свободно и одобряться всеми сторонами. Нет законодательного навязывания, ни в отношении большинства – со стороны меньшинства, ни в отношении меньшинства – со стороны большинства. Соглашения меняются, в зависимости от приобретенного опыта. Никто не намерен контролировать все, как это делает государство, или обещать рай, как это делают политики. Обстоятельства будут улучшать и совершенствовать систему при участии всех. Там, где нет единодушного соглашения, действует принцип автономии частей и свободной инициативы по нахождению наилучшего решения проблем. Органы, управляющие производством – это синдикаты в городах и вольные общины в более мелких населенных единицах. Отраслевые синдикаты – это совокупность людей, посвятивших себя деятельности в определенной сфере производства. Вольная община – совокупность людей, составляющих самую мелкую (базовую) населенную единицу. Синдикаты и вольные общины принимают решения на общих собраниях всех своих членов. Они обладают полной автономией, и никто не указывает им, как надо вести производство. Они связаны между собой посредством пленумов – собраний делегатов, не обладающих правом принимать решение и лишь передающих решения, которые приняты их синдикатами и вольными общинами.
Поскольку отсутствуют и несправедливое и злостное присвоение, и вытекающие из него привилегии, нет необходимости в правительственном и государственном насилии для того, чтобы его защищать. Государственно-политическое принуждение заменяется экономическим и моральным воздействием. Экономическое состоит в том, что общество не удовлетворяет потребности индивида, который отказывается трудиться, участвовать в общем удовлетворении потребностей всех членов общества. Экономическое воздействие применяется и между отдельными местностями. Моральное воздействие – это просто акт естественного влияния, которое другие люди, особенно, наиболее близкие, оказывают на отдельного человека, побуждая его подумать о последствиях своих действий, которые могут нанести ущерб свободе других. В анархистском обществе, чья мораль основана на свободе, моральное воздействие не будет иметь тех негативных эффектов, какие оно имеет сегодня. Оно будет всего лишь действенным инструментом гарантии свободы и благосостояния всех членов общества.
Закончим самым интересным: тем, что здесь и сейчас. Что мы можем сделать для того, чтобы достичь анархистского коммунизма, каковы средства, позволяющие придти к нему? Мы уже отметили, что необходима революция. Чтобы она осуществилась, необходимы две предпосылки: во-первых, чтобы идеологические основы власти были подорваны, и, во-вторых, чтобы государственный аппарат принуждения оказался разрушен. Для того, чтобы осуществилось первое, необходимо вести интенсивную пропагандистскую работу, которая меняет сознание, расшатывая принципы, лежащие в основе существующей системы, и делая возможной ее замену иной, основанной на Свободе и Равенстве. В пропагандистскую работу входит и пропаганда действием: она означает не швыряние бомб, как уверяют буржуа, а воплощение анархистских принципов в нашей жизни, действие в согласии с ними в любой момент, насколько это в наших возможностях. Второе условие возникало в истории в результате проигранных национальных войн, гражданской войны или победоносного восстания. В любом случае, речь идет о структурных вещах, о которых, конечно же, следует позаботиться, но которые в значительной мере не зависят от желания революционеров.
Это не означает, что мы должны просто спокойно ждать, когда наступит революция. Пропагандистская работа должна соединяться с действиями, которые готовят нас к анархистскому коммунизму. Сознавая это, ФИХЛ выступает за анархистскую организацию, содействие революционному синдикализму, создание ассоциаций рациональных потребителей, участие в либертарных культурных центрах (атенео) и объединениях. Анархистская организация – это прелюдия к тому, чем будет все общество при режиме либертарного коммунизма. Это практическое осуществление принципов Свободы и Равенства в организационном плане, то, что приучает людей вступать друг с другом в свободные взаимоотношения, брать на себя ответственности и действовать самостоятельно. Революционный синдикализм, помимо обороны от нападений со стороны капитала и государства, объединяет трудящихся в экономические структуры, похожие на те, которые будут существовать при Анархистском Коммунизме. Он добивается улучшения условий труда и жизни трудящихся в пределах капиталистической системы, здесь и сейчас, и предлагает альтернативы капиталистическому управлению предприятиями, в соответствии с либертарно-коммунистическими принципами и потому противостоя предложениям капитала. Он способствует пробуждению у трудящихся интереса к процессу производства и тому, что они привыкают принимать решения, выходящие за рамки, в которых их удерживает собственность. Ассоциации рационального потребления стараются помочь осознать проблему потребления, борясь с потребительством и стремясь к рациональному контролю над потребляемыми нами объектами. Они пытаются оказывать влияние на процессы производства, насколько это возможно при существующих обстоятельствах, и обходить посредников, принося тем самым ощутимую экономическую выгоду своим членам. Наконец, социальные центры, либертарные атенео и другие объединения в сфере искусства, культуры, досуга и т.п. создают или должны создавать самоуправленческую альтернативу, которая ставит под вопрос нынешнюю организация общественного развлечения и развивает проекты, чуждые интересам собственности и других типов власти. Они способствуют подлинной самореализации участвующих в них людей.
Анархистская группа «Восстание»
ФИХЛ, СарагосаJake Libertario. No.16. P.14–17
Перевод: В. Граевский
Источник:
http://aitrus.info/node/899