Кащей_Бессмертный
11-08-2009 06:53:05
http://www.rabkor.ru/review/book/3598.html
Motherfuckers. Уличная банда с анализом. М.: Гилея, 2008.
![Изображение](http://www.rabkor.ru/image/article/1/4/5/1145.jpeg)
Молодежные движения 1960-х сейчас - и легенда, и объект острой критики левых авторов. Публикации первоисточников дают возможность объективно оценить деятельность групп, которые своими теоретическими поисками, политической и художественной практикой символизируют дух антикапиталистического освободительного движения 1960-х. К таким группам относится и группа «Black Mask», впоследствии реорганизованная в ячейку «Студентов за демократическое общество» (СДО) под названием «Motherfuckers».
Название несколько шокирует академическую публику. «Я его даже в диссертации постеснялся процитировать», – признался недавно один известный советский исследователь американского анархизма, защитившийся в начале 1970-х годов. Назвалась же группа по цитате из произведения Лероя Джонса «Лицом к стене ублюдок, это ограбление!» Знатокам фильма режиссера Мэри Хэррон «Я убила Энди Уорхолла», посвященного Валери Соланас, стоит напомнить одного из его персонажей, Марка Мазафакера, прототипом которого был лидер реальных «Мазафакеров» Бен Мореа. В фильме Валери крадет у него пистолет, из которого потом стреляет в Уорхолла. Впрочем, как узнают читатели «Уличной банды с анализом», всё было не так: Соланас не воровала пистолет у Бена просто потому, что у нее был свой.
Для идеологии и повседневной борьбы «Мазафакеров» были характерны апелляция к спонтанности языка и сознания, атака на общественные отношения в целом, стремление к тотальному преодолению основ существующего общества. В своих теоретических декларациях и повседневной борьбе они стремились сочетать элементы сюрреализма, анархизма, фрейдизма, ситуационизма и, конечно, мировоззрение и повседневный образ жизни хиппи. Связывая себя с этой субкультурой, они стремились политизировать ее, вывести за рамки аполитичности, пацифизма, коммерциализации. Принципам ненасилия «Мазафакеры» противопоставляли активную уличную конфронтацию с полицией. Свои перформансы они обращали к городским беднякам, пытаясь инициировать их бунты, ставя в пример то и дело бунтовавших чернокожих. Политической левой они противопоставляли стирание в практике границ между политикой, искусством и повседневной жизнью.
В целом, всё это было характерно для того времени и вряд ли оригинально. Стоит, правда, заметить, что из общего фона движения против войны во Вьетнаме материалы журнала «Black Mask» отличались достаточно жесткой критикой северовьетнамского сталинистского режима. Для современных левых, которые часто почти безоговорочно поддерживают «прогрессивные» политические режимы, при этом оправдывая или игнорируя их преступления против собственного населения, думаю, стоит привести актуальную цитату из интервью Бена Мореа: «Мы поддерживали право вьетнамцев на сопротивление американскому вторжению, но не собирались поддерживать правительство Северного Вьетнама, которое угнетало народ. Это был очень непростой вопрос, а многие не обращали внимания на существующее противоречие. Мы помнили испанскую историю, когда и сторонники Франко, и сталинисты совместными усилиями казнили анархистов. … Я терпеть не мог того, как многие левые бездумно и восторженно размахивали этим правительственным флагом».
Во многих текстах «Мазафакеры» призывали к борьбе за безвластное общество, основанное на системе рабочих советов (пусть даже этот лозунг смотрится в сочетании с откровенно контркультурной и богемной направленностью группы довольно странно). Впрочем, можно напомнить и о Ситуационистском Интернационале.
Вышедший в издательстве «Гилея» сборник материалов интересен для читателя, в первую очередь, разноплановостью представленных источников по истории этой группы. Наибольший интерес представляют все номера выпускавшегося в 1966–1968 журнала «Black Mask» и многочисленные листовки. Опубликованы в книге и резкий отклик Ситуационистского Интернационала на деятельность «Мазафакеров», и апологетический – близких им по духу «King Mob». Представлены материалы пресс-конференций с представителями буржуазной прессы. Интересными источниками, представляющими историю группы глазами ее непосредственных участников, можно считать воспоминания Оши Ноймана, интервью ее лидеров Бена Мореа и Дэна Георгакаса, а также изложение беседы исследователя Джона Макмиллана с Мореа. Такая разноплановость препятствует возможному «брендированию» группы, что было бы неизбежно, ограничься издатель лишь публикацией декларативных текстов «Мазафакеров».
Книга, если, конечно, прочесть ее от начала до конца, может помочь читателю сформировать целостное представление как об истории группы, так и об историческом контексте событий. Но это человеку, более или менее знакомому с историей «новых левых». Читателю же, не знакомому с темой, возможно, не помешал бы краткий обзор истории «Мазафакеров». К сожалению, этого нет.
Как всегда в серии «Час Ч», интересны подробные комментарии, почти представляющие собой краткую энциклопедию политических событий в США 1960-х. Однако не обошлось без небольших неточностей. Так, автор комментариев перепутал выступавшего против войны во Вьетнаме представителя социал-либерального крыла Демократической партии Юджина Маккарти с Джозефом Маккарти – ярым ультраконсерватором и инициатором антикоммунистической истерии в США 1940–1950-х годов. Вряд ли оба персонажа были бы от этого в восторге.
Опыт «Мазафакеров», «рассеявшихся», по выражению Бена Мореа, в различных локальных проектах, коммунах, большей частью ушедших в частную жизнь, интересен не своим влиянием на левую сцену 1960-х годов. Интерес представляет и попытка группы выработать нетривиальную стратегию сопротивления, выходящую за рамки контркультурного гетто и при этом порывающую с политическим догматизмом, беспринципностью и компромиссами реальной политики. Впрочем, их опыт может быть полезен людям критически мыслящим, не воспринимающих «Мазафакеров» как очередной непререкаемый авторитет. Тем более что опыт этот закончился поражением и, вопреки поставленным задачам, уходом его инициаторов в то же контркультурное гетто, а некоторых – интеграцией в капиталистическое общество.
Дмитрий Рублев
Motherfuckers. Уличная банда с анализом. М.: Гилея, 2008.
![Изображение](http://www.rabkor.ru/image/article/1/4/5/1145.jpeg)
Молодежные движения 1960-х сейчас - и легенда, и объект острой критики левых авторов. Публикации первоисточников дают возможность объективно оценить деятельность групп, которые своими теоретическими поисками, политической и художественной практикой символизируют дух антикапиталистического освободительного движения 1960-х. К таким группам относится и группа «Black Mask», впоследствии реорганизованная в ячейку «Студентов за демократическое общество» (СДО) под названием «Motherfuckers».
Название несколько шокирует академическую публику. «Я его даже в диссертации постеснялся процитировать», – признался недавно один известный советский исследователь американского анархизма, защитившийся в начале 1970-х годов. Назвалась же группа по цитате из произведения Лероя Джонса «Лицом к стене ублюдок, это ограбление!» Знатокам фильма режиссера Мэри Хэррон «Я убила Энди Уорхолла», посвященного Валери Соланас, стоит напомнить одного из его персонажей, Марка Мазафакера, прототипом которого был лидер реальных «Мазафакеров» Бен Мореа. В фильме Валери крадет у него пистолет, из которого потом стреляет в Уорхолла. Впрочем, как узнают читатели «Уличной банды с анализом», всё было не так: Соланас не воровала пистолет у Бена просто потому, что у нее был свой.
Для идеологии и повседневной борьбы «Мазафакеров» были характерны апелляция к спонтанности языка и сознания, атака на общественные отношения в целом, стремление к тотальному преодолению основ существующего общества. В своих теоретических декларациях и повседневной борьбе они стремились сочетать элементы сюрреализма, анархизма, фрейдизма, ситуационизма и, конечно, мировоззрение и повседневный образ жизни хиппи. Связывая себя с этой субкультурой, они стремились политизировать ее, вывести за рамки аполитичности, пацифизма, коммерциализации. Принципам ненасилия «Мазафакеры» противопоставляли активную уличную конфронтацию с полицией. Свои перформансы они обращали к городским беднякам, пытаясь инициировать их бунты, ставя в пример то и дело бунтовавших чернокожих. Политической левой они противопоставляли стирание в практике границ между политикой, искусством и повседневной жизнью.
В целом, всё это было характерно для того времени и вряд ли оригинально. Стоит, правда, заметить, что из общего фона движения против войны во Вьетнаме материалы журнала «Black Mask» отличались достаточно жесткой критикой северовьетнамского сталинистского режима. Для современных левых, которые часто почти безоговорочно поддерживают «прогрессивные» политические режимы, при этом оправдывая или игнорируя их преступления против собственного населения, думаю, стоит привести актуальную цитату из интервью Бена Мореа: «Мы поддерживали право вьетнамцев на сопротивление американскому вторжению, но не собирались поддерживать правительство Северного Вьетнама, которое угнетало народ. Это был очень непростой вопрос, а многие не обращали внимания на существующее противоречие. Мы помнили испанскую историю, когда и сторонники Франко, и сталинисты совместными усилиями казнили анархистов. … Я терпеть не мог того, как многие левые бездумно и восторженно размахивали этим правительственным флагом».
Во многих текстах «Мазафакеры» призывали к борьбе за безвластное общество, основанное на системе рабочих советов (пусть даже этот лозунг смотрится в сочетании с откровенно контркультурной и богемной направленностью группы довольно странно). Впрочем, можно напомнить и о Ситуационистском Интернационале.
Вышедший в издательстве «Гилея» сборник материалов интересен для читателя, в первую очередь, разноплановостью представленных источников по истории этой группы. Наибольший интерес представляют все номера выпускавшегося в 1966–1968 журнала «Black Mask» и многочисленные листовки. Опубликованы в книге и резкий отклик Ситуационистского Интернационала на деятельность «Мазафакеров», и апологетический – близких им по духу «King Mob». Представлены материалы пресс-конференций с представителями буржуазной прессы. Интересными источниками, представляющими историю группы глазами ее непосредственных участников, можно считать воспоминания Оши Ноймана, интервью ее лидеров Бена Мореа и Дэна Георгакаса, а также изложение беседы исследователя Джона Макмиллана с Мореа. Такая разноплановость препятствует возможному «брендированию» группы, что было бы неизбежно, ограничься издатель лишь публикацией декларативных текстов «Мазафакеров».
Книга, если, конечно, прочесть ее от начала до конца, может помочь читателю сформировать целостное представление как об истории группы, так и об историческом контексте событий. Но это человеку, более или менее знакомому с историей «новых левых». Читателю же, не знакомому с темой, возможно, не помешал бы краткий обзор истории «Мазафакеров». К сожалению, этого нет.
Как всегда в серии «Час Ч», интересны подробные комментарии, почти представляющие собой краткую энциклопедию политических событий в США 1960-х. Однако не обошлось без небольших неточностей. Так, автор комментариев перепутал выступавшего против войны во Вьетнаме представителя социал-либерального крыла Демократической партии Юджина Маккарти с Джозефом Маккарти – ярым ультраконсерватором и инициатором антикоммунистической истерии в США 1940–1950-х годов. Вряд ли оба персонажа были бы от этого в восторге.
Опыт «Мазафакеров», «рассеявшихся», по выражению Бена Мореа, в различных локальных проектах, коммунах, большей частью ушедших в частную жизнь, интересен не своим влиянием на левую сцену 1960-х годов. Интерес представляет и попытка группы выработать нетривиальную стратегию сопротивления, выходящую за рамки контркультурного гетто и при этом порывающую с политическим догматизмом, беспринципностью и компромиссами реальной политики. Впрочем, их опыт может быть полезен людям критически мыслящим, не воспринимающих «Мазафакеров» как очередной непререкаемый авторитет. Тем более что опыт этот закончился поражением и, вопреки поставленным задачам, уходом его инициаторов в то же контркультурное гетто, а некоторых – интеграцией в капиталистическое общество.
Дмитрий Рублев